Народы Дагестана
Архив номеров » №2.2012 от 24 Октября 2012 г » Здравоохранение » В центре человеческой боли и страдания

В центре человеческой боли и страдания

      К счастью, успехи современной медицины на сегодняшний день дарят шанс выжить мно¬гим из тех, кто еще лет пятнадцать назад был обречен умереть сразу. За последние годы про¬изошел качественный технологический скачок в разработке методов диагностики и лечения нейрохирургических и неврологических больных. Большой шаг вперед сделала в этом направ¬лении и Республика Дагестан. Поэтому в нашем интервью речь пойдет об одном из самых со¬циально значимых, сложных направлений медицины - нейрореаниматологии, а в частности об отделении нейрореанимации Республиканской больницы, заведующей которого является заслуженный врач РД и РФ Нуцалова Х.С.
     За большой вклад в развитие медицинской науки и здравоохранения и многолетнюю до¬бросовестную работу в 2003 г. Хасайбат Салимбековна была награждена орденом «За заслуги перед Отечеством» IV степени.

В центре человеческой боли и страдания


Интервью
с зав. отделением нейрореанимации Центральной больницы Нуцаловой Х.С.

       – Хасайбат Салимбековна, расскажите о том, как Вы стали врачом отделения реанимации? 
     – В нашем роду были педагоги, ядерные физики, просветители, военачальники, но только не медики. Желание помочь человеку у меня присутствовало с детства. Это не всегда было связано с физической помощью. Порой больше страдает духовная сторона человека. 
Когда настало время выбора профессии, передо мной встала дилемма: заняться археологией, которая привлекала меня всегда, либо медициной, которая, как говорил Гиппократ, поистине есть самое благородное из всех искусств. Как видите, медицина взяла верх. Хотя отец мой пророчил мне профессию судьи или прокурора. Считал, что врач из меня не получится: характер у меня был чересчур строгий и жесткий. Но, как оказалось, эти черты моего характера мне, как организатору, были на руку. 
Так, определившись, я поступила в медучилище. И нисколько не жалею о том, что начала свой путь именно оттуда. Два с половиной года я проработала заведующей фельдшерско-акушерским пунктом. В 1974 году я поступила в Дагестанский медицинский институт и закончила его с отличием. Еще во время учебы я устроилась медсестрой в хирургическое отделение. Выбрала отделение сама, так как эта область меня всегда интересовала. После окончания института прошла интернатуру по хирургии. Но устроиться в 1982 г. в центральную больницу я не смогла – не было вакансии. Тогда была кафедра факультетской хирургии, руководителем которой был Аскерханов Р.П. – человек, который был для меня примером для подражания и просто Богом медицины. Спустя два года по его рекомендации в республике открывается отделение реанимации. Он предложил мне поработать в реанимации до появления вакансии хирурга, объяснив, что такая возможность предоставляется не всем и что это было бы отличной школой для будущего хирурга. Ослушаться такого человека я не могла. Так попадала в отделение общей реанимации. 
      Столкнувшись там с патологическими случаями – это инфаркты миокарда, травмы, ожоги, печеночные и почечные недостаточности, я поняла, что порой от быстроты и качества действий врача зависит жизнь человека. Поэтому надо было разбираться не только в своей области, но и в смежных, для принятия молние-носного решения. Чтобы помочь больному с ожогом, надо знать комбустиологию, с отравлением – токсикологию, а также неврологию, фармакологию, биохимию, патофизиологию, медицинскую и компьютерную технику. Это все постепенно захватывало меня и впоследствии повлияло на мое решение отказаться от профессии хирурга. 
     Десять лет я проработала в общей реанимации. В то же время я занималась преподавательской деятельностью – вела в мединституте практические занятия по реанимации. 

    – Когда было создано отделение нейрореанимации в республике, и какие изменения оно претерпело за годы своего существования? 
     – В 1994 г. в республике принимается решение открыть отделение нейрореанимации, и я узнаю, что должна буду организовать всю работу. На дворе были тяжелые 90-е годы, когда вся наша страна была в экономическом кризисе, и невозможно было что-либо приобрести, а о создании отделения нейрореа-нимации – одном из самых сложных отделений всей структуры реанимации – не могло быть и речи. Работать без условий и делать работу наполовину я не умею. Поэтому на приеме у министра здравоохранения РД Ибрагимова И.М. я, объяснив ситуацию, отказалась от назначаемой должности. Но все же Ибрагим Магомедович жестким волевым решением написал приказ, и я была назначена. Какое-то время было даже желание уйти с работы. Но потом, все же собрав волю в кулак, я занялась организаторской работой. Страна была в хаосе, и помощи ждать было неоткуда. Волокита эта длилась долго, но отделение все же открыли. Нам выделили правое крыло здания 1934 г. Единственным аппаратом, который составлял все наше оборудование, был старый дыхательный аппарат. Я неоднократно обращалась к министру с просьбой приобрести необходимое оборудование и произвести ремонт помещений, но средств на это не находили. 
     Навещая товарища, на которого было совершено покушение, наше отделение посетил А.М. Мирзабеков, Председатель Правительства РД. Мы провели обход, я рассказала о работе, целях и задачах отделения, а также о том, что нам не хватает для их осуществления. Абдуразак Марданович дает указание Минфину об оказании материальной поддержки отделению. Для нейрореанимационного отделения, единственного на тот момент на Северном Кавказе, выделили 134 тыс. руб. Мы приобрели все необходимое оборудование на уровне российских стандартов и могли уже оказывать тяжелым больным всю необходимую помощь. 
       После этого нам помог и Шихсаидов Хизри Исаевич, бывший Председатель Правительства РД. 

      – Как сформировался Ваш коллектив и не испытывает ли отделение дефицит в кадрах? 
     – В его подборе я принимала непосредственное участие. На сегодняшний день в коллективе работают два кандидата наук, все врачи высшей категории, средний медицинский персонал первой категории. 
Есть сотрудники, которые достойны отдельного внимания. Например, Мутаева Д.М., врач, закончила интернатуру по неврологии. Проработала в отделении четыре года, и за это время проявила себя как блестящий специалист с базой фундаментальных знаний. 
      На хорошем счету также Растягаева Н. И., Омарова Р. Д., Даниялова Н.И., Алиева Т. У. 
Наши врачи выезжают на конференции, съезды, конгрессы по анестезиологии-реаниматологии. Участвуют в обмене опытом не только на российском уровне, но и международном. Также каждые пять лет они совершенствуются в своей области у нас в республике, в Москве и Санкт-Петербурге. 
      К сожалению, работа у нас низкооплачиваемая и мало кто ее выдерживает. Ведь мы находимся на передовой фронта, можно сказать, в центре человеческой боли и страдания. Поэтому и текучесть кадров большая. Люди, которые здесь остались и работают, – это медики от Бога. Если нет призвания, тут и делать нечего. 

     – Какими качествами должен обладать врач отделения нейрореанимации? 
     – Это милосердие, в первую очередь. Не перестаю удивляться: люди перестали быть милосердными. Ведь это очень важное качество, которое надо прививать с самого детства. Вот недавно случай был, когда больного не хотели забирать домой, под предлогом, что не смогут за ним ухаживать. И это говорят родные люди, а что говорить тогда о других? Я очень много работаю над этим и в своем коллективе. Профессионализм, милосердие и совесть – вот три качества, без которых в этом отделении делать нечего. Коллектив у меня в основном женский, наверно, оно и правильно, так как женщины по природе устроены так, что подходят для этой работы больше. Так вот, я всегда им говорю: вот вы, Всевышний и больной, который не может ничего вам ни сказать, ни сделать в ответ. И вообразите, хотя бы на минутку, что он мог бы быть вашим родным человеком. А что делать дальше – решайте сами. 

      – Какие больные являются основным контингентом отделения нейрореанимации? 
     – К нам поступают люди в очень тяжелом состоянии. Наиболее частыми формами патологии у больных, поступающих в наше отделение, являются инсульты, кровоизлияния, черепно-мозговые и спинальные травмы, огнестрельные ранения, состояния после операций по удалению опухолей, гематом и др. 
      К сожалению, количество поступающих с черепно-мозговыми травмами по причине автомобильных аварий на дорогах из года в год увеличивается. Судя по статистике, такому виду травм более подвержена мужская половина населения, к тому же работоспособного возраста. Отсутствие культуры поведения на дороге, быстрая езда приводят к таким плачевным результатам. 
     Как я сказала ранее, к нам также поступают плановые пациенты после оперативного вмешательства. Они плохо дышат, давление нестабильное и наша главная задача – заменить основные функции организма – дыхание (поддерживаем аппаратом) и сердечную деятельность (препаратами). Пока состояние больного не стабилизируется, он не переводится в профильное отделение. Переводится он в случае, когда угроза осложнения и смерти миновала. 

       – Занимается ли нейрореаниматология установлением диагноза больного? 
      – Как правило, больные поступают к нам уже после обследования, проведения компьютерной томографии или МРТ (магнитно-резонансная томография). Для проведения МРТ необходимо, чтобы больной лежал неподвижно в течение 45 минут. Но в случае угрозы смерти мы не можем ждать столько времени. Его как можно скорее переводят к нам, до тех пор, пока состояние не стабилизируется. Здесь ему уже делают ультразвуковое освещение головного мозга для установления потребности в оперативном вмешательстве – к примеру, для удаления внутримозговой, субдуральной или эпидуральной гематомы. Далее, в случае необходимости, направляем на операцию, если таковой нет – в отделение нейрореанимации для оказания экстренной помощи. 
      Установлением диагноза реанимационные службы занимаются редко. Но, конечно, нам приходится с этим сталкиваться. И порой приходится полагаться не только на технику, но и на опыт и врачебную интуицию. 

      – В отделении много больных, которые находятся либо в коматозном состоянии, либо имеют тяжелые двигательные и чувствительные нарушения. Какие мероприятия проводятся по уходу за обездвиженными больными? 
       – Ежедневный уход за тяжелобольными включает в себя следующие моменты. Это повороты с боку на бок и протирание тела больного камфорным спиртом, в целях профилактики пролежней; пассивная гимнастика и ежедневный массаж, в противном случае наступает тугоподвижность – концептура; защита глаз из-за опасности кератита, контроль за состоянием глота¬ния, введение больному жидкости и др. Далее для восстановления речевого аппарата проговаривают с ним буквы, слова. 
       При выходе больного из критического состояния дальнейшая реабилитация проходит в нейрохирургическом отделении. Мы не можем держать его долго, потому что для нас существует определенный стандарт: количество дней, которые он может находиться в отделении нейрореанимации. У нас есть больной, который лежит уже девять месяцев на искусственной вентиляции. 
     К сожалению, больные после перенесенных черепно-мозговых и спинальных травм, не могут пройти реабилитацию на должном уровне у нас в республике. И это является актуальной проблемой на сегодняшний день. Мы много говорим о данной проблеме на разных уровнях. Республике просто необходим Центр реабилитации для тяжелых больных, а черепно-мозговая травма – особый случай. Сейчас больным приходится выезжать для восстановления за пределы республики. 

       – Хасайбат Салимбековна, есть ли в отделении выездная бригада, оказывающая специализированную помощь пострадавшим жителям удалённых районов республики? 
     – Плановые выезды входят в комплексный план больницы, и за каждым реаниматологом закреплен отдельный район. Мы выезжаем, проверяем работу, проводим консультации. Бригад у нас нет, но в случае надобности к нам поступает вызов, мы связываемся с санавиацией, и на место вылетает врач, дежурный в данном месяце. 

       – Как Вы относитесь к народной медицине? По-Вашему мнению, может ли она существовать наряду с традиционной? 
      – К народной медицине отношусь положительно. В моем роду были народные целители и эта тема мне немного близка. История дает нам много примеров целителей, успешно лечивших людей, взять, к примеру, Авиценну. Но, как и в любом деле, должны быть рамки, которые переходить нельзя. Народная медицина может лечить функциональные заболевания (неврозные состояния, несерьезные воспалительные процессы, которые можно излечить фитотерапией, простудные заболевания), но не органические патологии, я имею в виду опухоли, язвы желудка с осложнениями. Надо быть осторожными, так как количество шарлатанов огромно. Ну и как мне кажется, любой уважающий себя человек, который лечит людей, должен иметь медицинское образование. Больной в любом случае в первую очередь должен прибегнуть к помощи традиционной медицины, чтобы ему поставили диагноз. 

       – Возможно, Вы хотите обратиться к нашим читателям?
       – Будьте благоразумны, добры по отношению друг к другу. Как врач, призываю читателей не держать в душе зло, зависть. Это порождает болезни. А всему Дагестану хочу пожелать светлого, чистого неба над головой, мира и процветания. 

      – Хасайбат Салимбековна, спасибо за интервью.

Беседовала  Л.Магомедова
 

«назад

Фотолента

фотографий: 3

Медсестра Канбулатова З. у аппарата искусственной вентиляции лёгких

Категория фото: ЗРАВООХРАНЕНИЕ И СПОРТ »
Учредители: Министерство по национальной политике, информации и внешним связям РД и журналистский коллектив