Народы Дагестана
Архив номеров » №3.2013 от 30 Сентября 2013 г » Общество » Этноконфессиональная толерантность и религиозный экстремизм в Дагестане

Этноконфессиональная толерантность и религиозный экстремизм в Дагестане

 В Дагестане многовековая полиэтноконфессиональная среда выработала уникальный опыт взаимодействия между религиями и народами, помогла избежать конфликтов и войн в республике. Благодаря совместным миротворческим действиям иудаизму, христианству и исламу с раннего Средневековья удалось сыграть положительную роль в сохранении мира, единства и стабильности в многонациональной республике.
Религиозные организации Дагестана ориентируют верующих людей на мирные отношения. Широкая религиозная общественность региона выступает за согласие и мир между верующими всех конфессий, за многонациональный Дагестан в составе Российской Федерации. Религия оказывает существенное влияние на развитие духовной культуры и общественного сознания в целом. Ценности исламских, христианских, иудейских духовно-нравственных систем активно воздействуют на формирование мировоззрения верующих, особенно молодого поколения. Основная часть верующих видит в этих религиях не только божественные компоненты, но и комплекс исторических традиций, социально-экономических институтов и философско-этнических принципов и фактов.
В Дагестане долгие годы совместно жили и живут более 30 народностей с различными религиями, традициями и культурой. Им приходилось искать, выбирать особые методы, приемы и способы для мирного взаимодействия, сотрудничества. Так, например, кайтагский правитель Адур-Нарсе в пятницу молился с мусульманами, по субботам – с евреями, а по воскресеньям – с христианами, сохраняя между ними толерантные отношения.
Председатель ДагЦИКа Н.П. Самурский (Эфендиев) в книге «Дагестан» писал о поликонфессиональной роли мусульманского духовенства: «Духовное лицо – это не только священник, но и судья, народный учитель, военный вождь, владелец общественных средств и председатель комитета взаимопомощи. Идеология, культура, быт и экономика – все находится в руках духовенства, в его руках находится вся организация общественной жизни. В таком же положении находилось духовенство евреев и христианства. В их руках находится вся организация общественной жизни». Поэтому народы Дагестана возлагали большую надежду на духовенство, и оно оправдывало их надежды. В итоге за все годы XX в. в сохранении единства народов и религий духовенство действительно сыграло значительную роль. Это напрямую связано еще со становлением в Дагестане гражданского общества, с изменением характера государственно-конфессиональных отношений в республике.
Здесь сразу надо подчеркнуть, что семидесятилетняя история атеизма и борьбы с религией в Советском Союзе наложила отпечаток в сознании чиновников и интеллигенции о неприемлемости религии, а верующих – о ее отчужденности и ущербности. В этом была одна из ошибок той системы и основная причина гибели, распада СССР.
С начала 90-х годов XX в., т.е. с периода перестройки, после того, как свобода совести стала реальной, верующие почувствовали себя полноценными гражданами общества. Государство создало равноправные условия для более уверенного сосуществования в республике, а также в стране людей разных конфессиональных убеждений. С этим связано и то, что за последние 20 лет значительно возросло число религиозных организаций, духовных учебных заведений, а также граждан, совершивших паломничество (хадж и умра) в святые места. По данным Комитета Правительства РД по обеспечению свободы совести, на 1 января 2013 г. в республике функционируют Духовное управление мусульман Дагестана, 1290 джума и центральных мечетей, 827 квартальных мечетей, в том числе 10 шиитских, 15 исламских вузов, 8 медресе, 201 мактаб. Около 200 тыс. дагестанцев совершили паломничество. В республике также действуют 50 христианских и 5 иудейских организаций.
Традиционные религии (иудаизм, христианство, ислам) обладают высоким духовно-нравственным потенциалом, играют важную роль в обеспечении общественно-политической стабильности в Дагестане, в утверждении в дагестанском обществе гуманистических, духовно-нравственных идеалов и ценностей.
В то же время надо подчеркнуть, что не очень характерным явлением для современного исламского возрождения Дагестана явилось появление религиозного экстремизма в республике, вызвавшего обострение ситуации в общественной и религиозной среде. Он явился серьезным вызовом современной цивилизации, угрозой стабильности. Экстремизм вызывает противоборство между сторонниками различных исламских течений. Религиозные экстремисты стараются радикализовать ситуацию на Кавказе, в Дагестане.
Да, в религиозной среде республик и краев Северного Кавказа как одно из разновидностей экстремизма имеет место негативное явление, связанное с деятельностью чуждого северокавказским народам религи-озно-политического течения, – ваххабизм. Главный вызов ваххабизма, как формы радикального политизированного ислама, лежит не только в религиозной, но и в социально-политической плоскости. Ваххабизм представляет собой не столько богословское явление, сколько политическое.
Цель радикальных ваххабитских групп – дискредитация традиционного ис­лама и российской власти, всей системы российского управления национальными регионами, подрыв доверия к Центру, укрепление позиций «реформаторов и модернизаторов ислама»; «развод» власти и традиционного духовенства, ослабление их позиций; расширение «зон страха» – территории регулярных терактов. Радикально-политический
экстремизм и терроризм в Дагестане, с одной стороны, являются ответной реакцией недовольных слоев населения на решение социально-экономических, политических и межэтнических проблем, а с другой стороны – это религиозная деятельность, направленная на насильственное изменение системы власти или захват власти, возбуждение религиозной, национальной, расовой вражды и ненависти.
В России, в том числе и на Северном Кавказе, в частности в Дагестане, ваххабизм изначально носит подрывной, антиисламский и антигосударственный, транснациональный и кри­минальный характер. Имеет свои мазхабные особенности, отличительные признаки, таинственные символы, явную и тайную ме­тодику и практику действий в отношении со­циальных групп верующих и неверующих, властей и религии, органов правопорядка и судов, чиновников и народа, религиозных ли­деров и прихожан.
Ваххабитов специально обу­чают, и, надо признать, они владеют широ­ким арсеналом военной, конспиративной, пропагандистской и психологической работы. Ими в России за последние 20 лет создана разветвленная сеть диверсионно-террористических групп со своими организациями, управлением, местами базирования, средствами связи и оповещения, системами вербовки, расширения пособнической базы и тактики ведения боевых действий в городах, горах, лесах, на открытой местности. Они владеют тактикой внезапных набегов, стремительных атак и отходов. Особо отмечаются жес­токость, непримиримость, размах внесудебных расправ с мирными гражданами, ирра­циональная дотошность в соблюдении об­рядов и ритуалов, непокорность молодых родителям-мусульманам, властям, их широкие связи с национальными и транснациональными оргпреступными сообществами, наркотрафиком, торговля оружием с немусульманскими политическими режимами, его закупка у них для войны со своими братьями по вере, похищения, взятие в заложники и продажа мусульман и т.д.
В этом направлении специально ориентируют в последние годы, в основном, отдельных перспективных выпускников из России и СНГ, университета «Аль-Азхара» (Египет) и других стран по специа­лизированным программам. Некоторые из выпускников практически при поддержке оппозиционного СМИ России приступили к реализации этой цели.
Ваххабиты в Дагестане от изучения «чистого ислама» переходят к политике конфронтации с традиционным исламом, особенно с суфизмом. От идейных споров они переходят к политическим лозунгам, имеющим религиозную окраску. В своей политической практике ваххабизм преследует далеко идущие планы: оттеснение с религиозно-политической сцены региона представителей традиционного ислама, совершение государственного переворота и захвата власти, создание «кавказского всемирного халифата». Они утверждают, что историко-культурные типы арабов и кавказцев разительно отличаются, поэтому они хотят поменять мир.
Надо твердо помнить то, что в Дагестане, Чечне и в других республиках Северного Кавказа ваххабиты перешли от практики открытого противостояния к тактике совершения террористических акций с целью подрыва общественной безопасности и стабильности дагестанского, северокавказского общества. Они совершили бесчеловечные теракты в гг. Махачкале, Хасавюрте, Буйнакске, Карабудахкентском, Буйнакском, Гергебильском, Кизлярском районах. Сотни безвинных людей были ими убиты.
Противники сильной России пытаются превратить Северный Кавказ в ее «ахиллесову пяту», упорно стремясь создать этнокультурный разрыв между народами нашей страны, разрушить единство и целостность государства. А религиозные риторики и идеологические «вывески» не более чем прикрытие, с помощью которого откровенные уголовники пытаются оправдать заказные убийства, грабежи, бандитизм, вымогательство. Вчерашние воры, насильники взялись учить религии дагестанский народ.
Ваххабизм обладает определенной мобилизационной идеологией, опирается на поддержку международных исламских организаций и внешних сил, которые предоставляют помощь. Ваххабисты распространяют антикавказские взгляды, революционную идеологию. После событий 1999 г., когда было совершено нападение международных вооруженных бандформирований на Цумадинский, Ботлихский и Новолакский районы республики, дагестанцы стали воспринимать ваххабизм как антипатриотическую идеологию. Население Дагестана не поддерживает ваххабитские призывы к отделению от России.
Деятельность ваххабизма представляет угрозу не только для мусульман, исповедующих традиционный ислам, но и в целом для мультикультурного общества, в котором еще со времен советской власти установились уважительные взаимоотношения, толерантные межнациональные и межконфессиональные связи и общение. Пропаганда религиозного экстремизма, использование насильственных методов, вплоть до убийства политических, религиозных деятелей – суть крайней формы ваххабизма. Их лидеры вступают в контакты с государственными деятелями, от них получают деньги, оружие, поддержку. Реализовывая свою религиозно-политическую стратегию, ваххабиты преследуют цель захвата власти в мусульманских республиках Северного Кавказа, что само по себе представляет опасность для целостности Российского государства. Они проповедуют непрерывную войну против иноверцев, России. Их финансируют исламские лиги.
Ваххабитские эмиссары в мечетях проповедуют джихад против России. Они подчеркивают, что смерть на пути джихада – большая честь для мусульманина.
На сегодня остается фактом и то, что большое количество русских переходит в мусульманскую общину. Это осложняет взаимоотношения между православными и мусульманскими объединениями России. Прозелитизм проводят разными способами: добровольно, налоговыми льготами, насильственно. Так появилось несколько тысяч новых мусульман, среди них и известные люди: А.В. Пологин, док. филос. наук, И.Г. Порохова и др.
Ныне на Северном Кавказе, в том числе в Дагестане, не стабилизировалась общественно-политическая ситуация. Активно продолжаются теракты, идет пропаганда экстремистской идеологии. Поэтому сегодня следует усилить взаимоотношения высших органов власти и духовных органов религий. По словам главы республики, терактам способствует высокий уровень коррупции в регионе. Теракты, совершенные в мае в Махачкале, являются порождением беззакония, коррупции. Это продолжение средневековья и фанатизма. Нет четкой оперативной, агентурной, разведывательной работы. Неэффективность антитеррористической работы связана во многом с кадровым вопросом. Также плохо поставлена и информационная работа, в том числе с духовенством, среди верующих.
– Без активной помощи федерального центра «обновление и очищение республики вряд ли произойдет», – говорит Р. Абдулатипов. – Боевики активны, – это, в первую очередь, недоработка федерального центра, – считает политолог Владимир Попов.
Может быть, попытаться создать единый мусульманский центр, объединив Совет муфтиев России (Равиль Гайнутдинов), Центральное духовное управление мусульман (Талгат Таджутин) и Координационный центр мусульман Северного Кавказа (И. Бердиев, председатель)? Им не нужно бороться за свое лидерство, а надо работать над созданием крепкой, единой мусульманской умы РФ и этноконфессиональной толерантности мусульман, иначе они станут символами мусульманского раскола России и сторонниками экстремизма. В этих условиях Кремль не может занимать выжидательную позицию. Необходимо попытаться объединить основные мусульманские центры страны, чтобы российский ислам не остался в государственных масштабах неуправляемым.
В целях сглаживания межконфессиональных отношений руководство Российского государства должно выработать концепцию церковно-государственных отношений, закон о свободе совести.
Органам государственной власти и муниципальным органам Республики Дагестан необходимо активизировать меры по запрету всякой деятельности, направленной на подрыв безопасности государства, возбуждение социальной, религиозной, национальной розни, ненависти или вражды, усилить борьбу по противодействию религиозно-политическому экстремизму и стремиться достичь этноконфессиональной толерантности, общения и согласия, сотрудничества различных народов и конфессий в рамках единого территориального и религиозного пространства России и Северного Кавказа.

«назад

Фотолента

фотографий: 2

Президент Дагестана с членами комиссии

Категория фото: ОБЩЕСТВО »

Р.Абдулатипов провёл встречу с архиепископом Владикавказским и Аланским Зосимой и епископом Махач-м и Гроз-м Варлаамом

Категория фото: ОБЩЕСТВО »
Учредители: Министерство по национальной политике, информации и внешним связям РД и журналистский коллектив