Народы Дагестана

№ 6, 2017 от 21 Июня 2018 г

в номере:

Архив номеров » № 6, 2017 от 21 Июня 2018 г » Наши районы » Взаимоотношения религии и общества

Взаимоотношения религии и общества


Проблема взаимоотношений религии, общества и государственных учреждений остается тяжелой в России, Дагестане, а также в Дахадаевском районе. Президент РФ В.В. Путин не зря в своем Послании уделяет данному вопросу огромное внимание.

Поэтому политики временами ставят вопрос: «Не нужен ли в стране госорган по делам религий?» В советское время такой орган существовал. Это был Совет по делам религий при Совете министров СССР. В связи с этим корреспондент журнала «Народы Дагестана» встретился с бывшим зам. уполномоченного Совета по делам религий при Совете министров СССР по ДАССР Магомедом Рамазановичем Курбановым.

– Магомед Рамазанович, какая религиозная обстановка была в Дагестане, в том числе в Дахадаевском районе, при советской власти?

– Дагестан – многоконфессиональная и многонациональная, сложная республика. Но я хорошо помню, что Дахадаевский район, в отличие от других даргинских (Левашинского, Акушинского, Кайтагского, Карабудахкентского) районов, был спокойным, законопослушным. Здесь функционировала единственная Уркарахская мечеть, которая всегда проявляла себя с положительной стороны. Никаких нарушений законов не замечалось. В этой мечети я побывал лишь раз, а в Губденской, Акушинской, Левашинской мечетях приходилось бывать многократно. В Губдене, Акушах и в те годы были «шумные» мечети и непростая религиозная обстановка.

– В чем сегодня главные проблемы, заботы ислама и мусульман в Дахадаевском районе?

– Одни из основных проблем – создание единства в рядах мусульман, укрепление дружбы между верующими и атеистами района. Нам известно, что не все богословы служат исламу, а ведь они должны служить своей мусульманской умме. Это как служение Родине.

– Магомед Рамазанович, религиозная политика советского государства носила репрессивный или сотруднический характер? Должность зам. уполномоченного Совета по делам религий при Совете министров СССР Вам нравилась?

– Это был один из самых интересных и значимых периодов в моей деятельности. Должность зам. уполномоченного приравнивалась к должности заместителя Председателя Правительства ДАССР. В течение более 10 лет работы зам. уполномоченного приходилось решать различные вопросы, связанные с реализацией закона о свободе совести верующих. Очень скоро у меня возникли противоречия по некоторым вопросам с отдельными работниками обкома КПСС, КГБ, Совета министров ДАССР. Работа, проводимая на местах, и требования Совета, ЦК КПСС и Совета министров СССР расходились с интересами нашего обкома КПСС. Работники Совета по делам религий и аппарата уполномоченного получали зарплату за то, что защищали, обеспечивали свободу совести верующих, а руководители на местах заставляли работников Совета нарушать закон о свободе совести, лгать, лицемерить, подавлять верующих.

Но, в любом случае, религиозная политика партии и советского государства не была репрессивной, а наоборот, носила черты сотрудничества, партнерства с верующими.

– Сегодня в республике и в Дахадаевском районе много алимов, мечети строятся везде, в том числе в селах, большое количество верующих совершают хадж. При этом неощущаются изменения в самих верующих, в среде молодежи, в нравственном плане людей, совершаются теракты. Чем это можно объяснить или так должно быть?

– Как говорится, есть количество, но нет сегодня качества. Любому богослову необходимо знать, что он находится под пристальным вниманием сотен и тысяч людей. Поэтому человек, проповедующий ислам, сам должен быть эталоном того, что он проповедует, иначе не будет результата. Таковы требования и главы района Д. Омарова.

По поводу терактов: это уже факт, что большинство из них совершаются не теми, на кого их списывают, а различными криминальными и клановыми группировками, которые никак не насытятся. В Махачкале-I, где сидел Гаджи Дадаев, бункер строил террорист? Нет! Строил его «шеф». Многие выполняют заказные убийства. Все еще сохраняются среди людей богатые людоеды-звери. Наши правоохранительные органы, да и в Дахадаевском районе, плохо работают. Террористов и их заказчиков надо уничтожать беспощадно!

– Создание в 1943 году Совета по делам религий было инициировано НКВД, а не ЦК КПСС? Как было на самом деле?

– Это преувеличение. Политическое решение было принято руководством страны по согласованию с НКВД. Но главную роль, согласно архивным данным, сыграли Сталин и Молотов.

– Считаете, что государство должно вмешиваться и содействовать урегулированию взаимоотношений и конфликтов в исламе?

– Сегодня власть Дахадаевского района отстранилась от религии. «Власть, – утверждает Д. Омаров, – не должна вмешиваться в канонические вопросы религии, она должна контролировать выполнение законов государства. Иначе чем дальше, тем хуже будет».

– Какие задачи решал аппарат уполномоченного Совета по делам религий и кто Вам помогал?

– На этот вопрос хорошо ответила бы бывший работник обкома ВЛКСМ и обкома КПСС Чурланова Патимат. Она была прекрасным руководителем и воспитателем. Главная наша задача была в том, чтобы верующие имели возможность свободно исповедовать свою веру. Так инструктировали меня в Москве при назначении.

Я должен был отвечать за связь с духовенством. Но меня сразу направили в районы разбираться с заявлениями верующих. Мои объективные аналитические справки не понравились моему начальнику, и он предложил их переделать, написать от его имени. Я отказался. Сразу же последовали вызовы в обком партии, Совмин. По их мнению, поддержка верующих и помощь им означали покушение на партийные принципы. Они выставляли меня то верующим, то атеистом. Видимо, это была не их вина. С.-А. Девришбеков, проработавший до этого более 30 лет в КГБ, очень «мастерски» умел крутить всеми и выкручиваться из любого положения, все сваливать на меня, как на сына ученого-арабиста.

– Нужно ли было защищать в то время верующих граждан СССР? И если да, то от чего?

– Прежде всего, от нарушений конституционных основ отношений церкви и государства, от посягательства на свободу совести. В советский период в Дагестане функционировали всего 27 мечетей в 13 районах, 3 церкви, 2 синагоги, а теперь действуют около 2000 мечетей, 10 церквей и т.д. В Дагестане упорно пытались внедрить «атеистические» похоронные, свадебные и другие обряды взамен действовавших тысячелетиями. Это делали ученые-атеисты Вагабовы, Гаджиевы. Нам приходилось противостоять атеистической линии партии. В этом плане грешил и Дахадаевский РК КПСС. Попытки «повлиять» на работу аппарата уполномоченного и имамов отдельных мечетей были, особенно со стороны некоторых коммунистов, работников обкома КПСС. При этом не было и духа терроризма, экстремизма даже со стороны религиозных фанатиков.

Но было одурачивание высших органов по-другому. Как-то в годовом отчете я по наивности честно указал, что в Дагестане существует 180 святых мест, домов шейхов. Фактически их было еще больше. В обкоме партии узнали об этом через ЦК КПСС и объявили мне войну. Оказывается, до этого они представляли в отчетах для ЦК КПСС два святых места: Шалбуздаг и Ахульго. А ведь только в Дахадаевском районе существовали и существуют 26 святых мест.

– Известно, что Совет по делам религий и уполномоченный занимались кадровой политикой религиозных организаций. Все вопросы Вы согласовывали с КГБ и обкомом КПСС? А как теперь?

– Почти да. Мнение обкома КПСС формировалось из информации как КГБ, так и уполномоченных. И если две точки зрения совпадали, тогда принималось решение. Все имамы, священники выбирались очень просто: члены двадцатки за них голосовали, затем уполномоченный им выдавал регистрационные удостоверения для проведения молитв и исполнения религиозных обрядов в религиозных организациях. При этом аппарат уполномоченного и Совет по делам религий учитывали мнения верующих. Теперь такая хорошая система фактически ликвидирована, даже в мечетях Дахадаевского района.

– Все критики периода перестройки говорят, что Совет и аппарат уполномоченного на местах выполняли те же функции, что и КГБ. Так ли это было?

– Может быть, когда-то это было так. Но в 80-е годы сложилась уже иная ситуация. Надо иметь в виду, что КГБ как госорган проводил политику Политбюро ЦК КПСС. Однако взваливать на работников КГБ всю ответственность за непростые отношения церкви и государства, конечно, не стоит. Многие сотрудники КГБ в тот период делали все возможное, чтобы упорядочить отношения церкви и государства, сохранить стабильность ситуации. Одним из таких был полковник КГБ Алиев Нурайкади, сотрудник обкома КПСС Алиев Абдулгамид Уркарахский. Добрым словом вспоминают верующие о них.

– Многие связывают потепление отношения к верующим с именем Хрущева. Так ли это?

– Нет. Хрущев на фоне разоблачения культа личности и деятельности Сталина стремился показать, что при Сталине все было плохо. При Сталине открывались религиозные организации, был создан Совет по делам религиозных культов, возглавляемый Полянским. Это стало своего рода противовесом гитлеровской церковной политике, игравшей на недостатках и упущениях советской власти, в частности путем открытия церквей на оккупированных территориях СССР. А в 80-е годы потепление в религиозной политике было связано с именем М. Горбачева.

– При Вас бюджетного финансирования религиозных организаций не было?

– Не было. У религиозных организаций были деньги, внесенные верующими. Они даже Фонду мира деньги перечисляли.

– Вы проследили поэтапно за деятельностью Совета по делам религий и уполномоченных. Есть ли сегодня необходимость в подобном государственном органе?

– Я считаю, что есть. Для Дагестана и Дахадаевского района такой вопрос не стоит, так как у нас всегда существовали аналогичные органы – Комитет РД и Управление по религии в Дахадаевском районе. На практике они оправдывают свое существование. А в масштабе всей страны Совет желательно восстановить. Уверен, что при наличии соответствующего органа не возникли бы экстремизм, терроризм, фанатизм в таком масштабе. Кроме того, орган контролирует выполнение закона о религии по отношению к верующим, проводит в жизнь политику государства в отношении религии и по воспитанию молодежи в духе патриотизма.

– Как Вы считаете, существует ли конфликт между наукой и религией?

– В отличие от западного общества, где взаимоотношения науки и церкви давно устоялись, наше общество находится в переходном периоде.

Религия и наука относятся к разным сферам человеческой психики. Наука рождена потребностью человека в знании. Религия рождена потребностью человека в надежде, в вере. Надо признать, что религия никогда не противилась распространению знаний, обучению. Но она, увы, в некоторых странах преследовала творцов нового знания, а наука – это не просто знание, это производство знания.

Религия сродни искусству. Высокое искусство взросло на религиозной почве. Ранние шедевры живописи и архитектуры вдохновлялись религией и возникали под покровительством церкви. Наука так же совместима с религией, как и с искусством.

Чтобы избежать антагонизма науки и религии, нужно понять, что нет религиозного и научного типа мышления. Есть научное мышление и религиозные чувства.

– При советской власти и до революции женщины Дагестана были довольны своей национальной формой. Теперь на улицах они появляются в хиджабах. Ваше отношение к этому?

– Наши женщины никогда не носили хиджаб, как его носят в арабских странах. Женщины не должны открывать те части тела, которые запрещено открывать. То, что сегодня некоторые девушки Дахадаевского района надевают хиджаб, – это пародия на них. Девушки, носите нашу даргинскую красивую форму, ходите в платке.

– В советское время религиозные книги, журналы издавались после атеистической цензуры Вашего Совета и уполномоченных? Как Вы пресекали самоволие духовенства и издателей?

– Сразу заметим, что при советской власти самоволием никто не занимался. Это сейчас везде гуляют самоволие и нарушение закона и традиций. А с другой стороны, рецензирование религиозных и других книг проходило и до советской власти, да и теперь. Священный Синод 25 декабря 2009 г. принял решение о том, что православные издания должны получать одобрение совета РПЦ. Такое же решение приняло Духовное управление мусульман Дагестана и других республик. Этими вопросами должны заниматься имамы Дахадаевского района, чтобы не существовал хаос в литературе.

Религии во все века хранили священное Писание (Библия, Коран) и не допускали искажений. Если где-то допустить несанкционирование нововведения, то люди привыкнут к искажению и потом будут отстаивать их как «истинную» веру, что часто встречается в жизни. Рецензирование и проверка не являются цензурой. Подобная практика существует у нас и в образовании: школьные учебники получают гриф Министерства образования и науки.

– Что бы Вы хотели сказать нашим верующим и читателям?

 

– Борьба с экстремизмом и терроризмом не может вестись только лишь силами правоохранительных органов и спецслужб. Надо консолидировать и координировать усилия органов власти, всех общественных институтов и духовенства в борьбе по разоблачению ложных идей экстремизма. Этим вопросом должно заниматься и духовенство Дахадаевского района. Необходимо широко организовать среди молодежи пропагандистскую работу, создав постоянно действующий идеологический орган государства. К этому стремится глава Дахадаевского района Омаров Д.Р. Другим надо брать с него пример!

 

«назад

Фотолента

фотографий: 6

Мавлид в Джума-мечети с.Уркарах

Категория фото: Наши районы »

Имам Дахадаевского района А. Исмаилов

Категория фото: Наши районы »

Собрание имамов Дахадаевского района

Категория фото: Наши районы »

Паломничество в духовный и историко-культурный музейный центр Кала-Корейш

Категория фото: Наши районы »

Джума-мечеть в с. Уркарах

Категория фото: Наши районы »

Новая мечеть в селении Цураи Дахадаевского района

Категория фото: Наши районы »
Учредители: Министерство по национальной политике, информации и внешним связям РД и журналистский коллектив