Народы Дагестана

№ 3, 2018 от 23 Августа 2018 г

в номере:

Архив номеров » № 3, 2018 от 23 Августа 2018 г » Юбилей » Принципиальный и мужественный руководитель

Принципиальный и мужественный руководитель

 Воспоминания о Магомед-Саламе Ильясовиче Умаханове пробуждают во мне мысль о том, что он был и остается представителем той славной когорты дагестанских руководителей, которые при всех остальных прекрасных качествах умели ценить женщину – и как человека, и как профессионала, компетентного работника. Я числю в этом списке Шахрудина Магомедовича Шамхалова, Шихсаида Исаевича Шихсаидова, Шахбаса Азизовича Исмаилова... И, конечно же, Магомед-Салама Ильясовича Умаханова. Их отличало особое благородство в отношении к женщинам. Они запомнились тем, что это отношение не было снисходительным или покровительственным. Наоборот, они высоко поднимали женщин. И понимали при этом, что это не просто работники, а еще и женщины, которые нуждаются в мужской помощи и поддержке.

Мне запомнилась первая беседа с М.-С.И. Умахановым, когда в 1970 году я была рекомендована на пост секретаря Хасавюртовского горкома партии. Было 31 декабря, и многие недоумевали, увидев меня в приемной первого секретаря обкома. Но вступив в беседу, я забыла об ожидаемых меня предпраздничных заботах. Уж очень заинтересованно и компетентно разговаривал со мной руководитель республики о состоянии промышленности города. Я понимала, что мой собеседник знает все об участке работы, который мне предстояло возглавить. Но меру моей компетенции он определял очень тактично, без излишней назидательности и декларативных требований. Когда через несколько лет я была на аналогичной беседе, выдвигалась на должность второго секретаря горкома, разговор был более конкретным – Умаханов давал понять, что я профессионально выросла, а значит теперь и спрос повыше. Мы заговорили о вступающем в строй Дагестанском консервном заводе, крупнейшем в республике. И тут я, по молодости, резко заявила, что в экономическом обосновании есть просчеты: завод, в основном, предназначен для переработки фруктов, а необходимым количеством сырья регион не располагает. Магомед-Салам Ильясович тут же вызвал председателя Госплана А.Г. Гаджиева, заведующего отделом обкома партии Д.Р. Алиева и предложил мне подробнее, в их присутствии, рассказать о своих претензиях. Далее вопрос был детально проработан в отделах обкома и правительства. И завод, в ходе пуска, получил дополнительно несколько линий для переработки овощей. Урок делового и оперативного решения важнейшей проблемы запомнился мне на всю жизнь. И еще я поняла тогда, что важнейшим качеством руководящего работника должно быть умение не просто выслушать, но и услышать собеседника.

Когда в 1981 году я была избрана первым секретарем Казбековского райкома партии, встречи с М.-С. Умахановым стали более частыми. И из них я более всего ценю и помню проявление им чисто человеческих качеств. Он чувствовал чужую боль, он разделял ее так искренне, что мне в трудные минуты казалось, будто отеческая забота отодвигает от меня мои глубокие переживания.

Меня поражало, что именно в трудные периоды жизни Умаханов мог утром позвонить в район и спросить:

– Хаписат, как у тебя дела? Какие проблемы?

Я чувствовала, что издалека Магомед-Салам Ильясович чувствует мою высокую ответственность и связанные с нею заботы. И по-мужски хочет помочь мне, поддержать и подбодрить, протягивал крепкую мужскую руку. Он словно понимал, что мне трудно отвечать за все, что делается в районе, что я, как женщина и мать, самой природой обязана быть заботливой и хлопотливой, строгой и доброй.

И знал, что без помощи не обойтись. И помогал – тонко и тактично.

Запомнился летний день, когда часов в 11 дня из обкома предупредили, что Умаханов выехал в район. Я заметалась, ожидая его приезда. Необходимо было и участки работы показать, а потом и обедом покормить.

Обычно приезжающих в район возили в Алмах – самое живописное лесное урочище. В этот раз я предложила высокому гостю поехать по направлению к Хубару, там были основные хлебные массивы, а как раз велась уборка урожая. Он приехал один: только шофер за рулем, который остановил машину в тени деревьев, когда Магомед-Салам Ильясович пожелал пройтись пешком. Мы шли по кромке субальпийского луга, и я рассказывала о цветах и травах, радующих взор ярким многоцветием!

День был солнечный, ясный, красивый!

– Вот, – говорю, – целебная мать-и-мачеха. А называют ее так потому, что одна сторона листа глянцевая, а другая матовая, аллегорически – теплая и холодная...

У Магомед-Салама Ильясовича мои ботанические познания вызвали иные ассоциации. Он рассказал, как во время войны солдаты умело пользовались целебными травами, готовили отвары и настои.

Когда мы остановились у небольшого озера Хуреншор, я заметила, что есть намерение заняться здесь разведением рыбы. В Инчхинской долине, отличающейся особым микроклиматом, были все условия для закладки плодопитомника. И эту идею поддержал Умаханов.

Замечу, что через несколько дней в район были завезены мальки прудового карпа. Приехали и специалисты по проектированию плодопитомнического хозяйства. Это я забегаю вперед, дабы подчеркнуть, что у Магомед-Салама Ильясовича слово одобрения всегда подкреплялось конкретной помощью.

Одно из хлебных полей, по которому сновали комбайн и автомашины, обрамляла широкая лента естественного травостоя. На ней махали косами кормодобытчики, мужики, в основном, пожилого возраста.

К ним и подошли мы, поговорив с комбайнерами и водителями, с директором совхоза. Косари с удовольствием уселись вокруг гостя. Завязался неспешный разговор. Умаханов, учитывая возраст собеседников, стал спрашивать, кто где воевал в Отечественную. И, поразительно, выяснилось, что двое шли по дорогам войны вблизи тех мест, где проходили военные будни самого Умаханова. Я просто поражалась, как легко оперировали старые солдаты географическими терминами, как безошибочно назывались воинские соединения и их руководители. Ветераны признали в Умаханове «своего», а он, словно помолодев, говорил увлеченно и горячо.

– А что, солдаты, обедать разве не пора? – шутливо обратился Умаханов к собеседникам в самом конце задушевной беседы.

Нехитрые деревенские харчи украсили импровизированную трапезу. И обед в поле удался на славу!..

Среди многих проблем района, к решению которых я, естественно, не могла приступить без вышестоящих решений, была проблема размещения чеченцев-аккинцев в некоторых селах Казбековского района. Понятно, что еще острее эта проблема стояла в Новолакском районе. Но время было такое, что чеченцам было официально запрещено вернуться к родным очагам и им для проживания были предоставлены земли в городе Хасавюрте и Хасавюртовском районе. Видя теперь, насколько обострена эта проблема, можно предполагать, что правильнее было в конце 50-х годов вернуть чеченцам их дома и земли, а аварцев и лакцев расселить как раз там, где поселились возвратившиеся из выселки чеченцы.

Когда в 80-е годы я говорила об этом с М.-С.И. Умахановым, он соглашался, что многие непродуманные ранее решения сегодня создают конфликтную ситуацию. Он мудро предостерегал, что может настать время жесткого противостояния... Основываясь на опыте своей работы в районе в те годы, я была убеждена, что проблема не носила тогда межнационального характера. На сходах, которые я проводила во всех селах, видела в проблеме экономический, а то и бытовой характер. Семьи росли, хозяйства увеличивались, и конфликты возникали то из-за отсутствия места для постройки дома, то из-за участка сенокоса или места для пастьбы. Я считала, что, если невозможно увеличить площадь земель в районе, надо расширять возможности города Хасавюрта, строить там многоквартирные дома для трудовых коллективов промышленных предприятий... По крайней мере, молодежь можно было «оттянуть» в город. Магомед-Салам Ильясович очень внимательно относился ко всем предложениям с мест, касающимся только зарождавшегося тогда «чеченского вопроса». И все они были учтены в известном постановлении бюро обкома КПСС по гор. Хасавюрту, Хасавюртовскому, Казбековскому и Новолакскому районам, которое на многие годы позволило иметь стабильную ситуацию в нашем регионе...

Последние мои встречи с М.-С.И. Умахановым запомнились тем, что предстал он в новом качестве – доброго, нежного и заботливого дедушки. На даче в Ачису внуки не отходили от него. А деду не нужно было проявлять строгости и требовательности. Так как это нужно было делать в повседневной работе. И к супруге Хамис он относился ласково, с вниманием. Она же всегда была одинаковой: улыбчивой, заботливой, ни разу не создавшей мужу ненужных проблем.

 

Сердце отдает болью, когда подумаешь, что очень рано ушел из жизни М.-С.И. Умаханов. Но боль уступает, когда с теплотой вспоминаешь о мудром и дальновидном руководителе, подлинном государственном деятеле, прекрасном человеке и уважаемом старшем товарище, благородном горце с чистой и доброй душой.

«назад

Фотолента

фотографий: 2

М.-С.И. Умаханов

Категория фото: Юбилей »

М.-С.И. Умаханов, А.Д. Даниялов и Ш.И. Шихсаидов

Категория фото: Юбилей »
Учредители: Министерство по национальной политике, информации и внешним связям РД и журналистский коллектив