Народы Дагестана

Больница, которая лечит

 – Газияв Хадисович, расскажите немного о себе, о своей работе. Где работали до этого и как стали главврачом РКБ?

– Институт я закончил с красным дипломом. И сразу после института продолжил обучение в Московском медицинском институте (сейчас он называется университетом имени И.М. Сеченова). Это были так называемые лихие девяностые. Тогда не было принято массово принимать обучающихся в клиническую ординатуру, был определенный отбор. Я в целой клинике был один. Очень повезло с учителями: начинал работу с академиком М.И. Кузиным, по книгам которого изучали хирургию все медицинские институты Советского Союза. Каждую субботу индивидуальные занятия вели такие известные профессора, как профессор О.С. Шкроб, Л.В. Успенский, П.М. Постолов. Пять лет руководителем клиники был академик Ю.Л. Шевченко (экс-министр здравоохранения РФ), более 10 лет работал под руководством академика А.Ф. Черноусова. 
Это маститые ученые, о которых знает весь мир и мировоззрение которых заложило все то, что способствовало становлению меня как врача. Это было время, когда в медицину революционно ворвались новые методики: лапароскопические технологии, чрескожные вмешательства. Учитывая, что врачи не были готовы к этим технологиям, мы создали первое в стране специализированное отделение для разработки и внедрения в клиническую практику чрескожных технологий. На основе этих разработок из специализированного отделения буквально в течение 10 лет вышло 4 докторских и 14 кандидатских диссертаций. 
Я стал самым молодым доктором наук по хирургии в истории академии, в 32 года защитив диссертацию. Оглядываясь назад, можно сказать, что многое удалось сделать, и к настоящему времени тот самый костяк, стоявший у истоков разработки вмешательств, возглавляет эти направления в ведущих федеральных центрах страны. 
Как стал главврачом? Предлагали работать в Дагестане и раньше, но вы сами помните те времена. Я не видел перспектив в реализации тех идей и нововведений, которые, на мой взгляд, были бы необходимы; тогда были другие люди, другие интересы, и вектор их не совпадал с моим. Во время встречи с нынешним министром здравоохранения наше видение совпало, я встретил человека, который действительно хочет изменить ситуацию в медицине региона к лучшему. Ведь в жизни нередко так бывает – встретились, поговорили и поняли, что есть понимание проблем и есть воля их решить. И второе – это моя Родина. В каждом человеке сильно чувство Родины, тяга к земле, где тебя лелеяли руки матери, и каждый камень в горах напоминает о тех или иных событиях детства.
– Специфика работы Вашего учреждения, задачи и функции. 
– Республиканская клиническая больница – это медучреждение третьего уровня (больницы первого уровня – районные, второго – городские). К нам должны поступать полностью обследованные пациенты или требующие более углубленного обследования, недоступного на местах. Либо требующие специализированного лечения. На деле, к сожалению, массу времени и сил отнимает у РКБ выполнение не свойственных ей функций. Потенциал клиники распыляется на менее важные задачи. Но это общая проблема России: недостаточное развитие первичного звена перегружает стационары более высокого уровня. Это в корне неправильно, но это наследство, с которым надо считаться и от которого надо отходить. Руководство здравоохранения региона понимает и делает все возможное, чтобы исправить ситуацию. 
– Какие задачи поставило перед Вами Министерство здравоохранения региона, назначая Вас руководить таким сложным объектом? 
– Перед любой больницей стоят одни и те же задачи – повысить эффективность диагностики и лечения, внедрить новые современные технологии в практику, повысить уровень квалификации персонала. Это три кита, эффективное решение которых приводит к успеху. Такие же задачи стоят и перед нами. 
– Можно ли заметить позитивные изменения в РКБ? 
– Надо отдать должное прежним руководителям, которые в непростых условиях делали все от них зависящее, чтобы РКБ оставалась ведущей клиникой региона. Сейчас она выглядит достойно. Всем тем, кто работал здесь до меня, огромное спасибо. 
Однако проблемы сохраняются. Отсутствие поликлиники в структуре самой больницы является системной ошибкой, т.е. расположение ее за пределами РКБ. Хотя такое многопрофильное медучреждение, как Республиканская клиническая больница, должно иметь при себе мощную поликлиническую базу. Больница ведь начинается с поликлиники. Это позволяет не перегружать стационар РКБ больными, требующими амбулаторного дообследования. По этой причине первое, что мы решили сделать – это перенести поликлинику непосредственно на территорию РКБ и максимально заполнить ее всем необходимым диагностическим оборудованием. Чтобы пациент, придя в больницу, смог в течение одного дня пройти полное обследование: от банального анализа крови до завершающего этапа.
Я думаю, что все, кто когда-то бывал в РКБ, с ужасом вспоминают столпотворение в приемном покое, где скапливаются и плановые больные, и экстренные, и те, которым показана неотложная помощь. Поликлиника позволит разгрузить эти потоки, разделив плановую госпитализацию через поликлинику и оставив приемный покой для приема экстренных больных. 
Хотелось бы отметить интенсивное развитие в травматологической службе. Мы в этом году были первыми в России, кто внедрил в клиническую практику введение субхондральных ростковых тел. Это уникальная технология восстановления поврежденных суставов, позволяющая оттянуть оперативную замену сустава. У меня лично вызывает большое удовлетворение, что в РКБ на оперативное лечение приезжают пациенты из разных регионов страны. 
Мы также полностью обновляем лабораторную службу. На этапе запуска современный комплекс, который позволяет минимизировать человеческий фактор, и специалисты РКБ уже проходят обучение. 
– Сколько отделений в РБК функционируют сегодня? 
– Сегодня Республиканская клиническая больница – крупнейшее многопрофильное медучреждение на всем Северном Кавказе. В РКБ на сегодняшний день функционируют 53 отделения. Есть среди них совершенно новые для региона, есть те, где была необходима реструктуризация. Например, отделение гематологии занималось лечением больных с заболеваниями доброкачественных и злокачественных заболеваний крови. Мест вечно не хватало, срывались сроки проведения химиотерапии, что принципиально важно для онкологических больных. Возникали бесчисленные конфликты, приоритет в госпитализации отдавался онкологическим больным. С точки зрения врача такое положение как бы объяснимо, логично, но больные с доброкачественными болезнями вечно оставались без мест либо сроки их госпитализации чрезмерно затягивались. И вполне естественно было их возмущение, когда они видели, что к ним относятся по остаточному принципу. 
Сейчас функционирует уже два отделения – одно занимается лечением больных с доброкачественными заболеваниями крови, другое специализируется на онкогематологии с химиотерапией. Очереди ликвидированы, и комфортно стало работать персоналу и лечиться больным. Больница располагала также дублирующими друг друга отделениями – абдоминальная хирургия и нейрохирургия. Хотя отделения и назывались по-разному, но функции выполняли очень схожие. Эти отделения были объединены. 
Понятно, что процесс реструктуризации всегда болезнен, это всегда приводит к каким-то изменениям. А люди всегда болезненно это воспринимают, боятся перемен, как бы не стало хуже. Но это веяние времени, естественное течение эволюционного процесса. Иначе больница встанет, застынет и будет катиться инерционно. 
Создано также новое специализированное отделение – онкологии и хирургии. Оно занимается внедрением высокотехнологичных методов лечения, преимущественно в онкологической практике. Ведь сейчас весь мир движется в сторону органосохраняющих малотравматичных щадящих технологий. Поэтому в этом отделении представлены все существующие в хирургии щадящие технологии по чрескожным вмешательствам. Оборудование в отделении, надо особо подчеркнуть, ни в чем не уступает федеральным центрам: современная фотодинамическая лаборатория, аппаратура, позволяющая выполнить абляцию (разрушение) опухолевых очагов внутренних органов, лапароскопическая стойка.
А если говорить о том, кто больше востребован… В медицине всегда востребован профессионал своего дела. Это аксиома. Пусть даже это простой терапевт: если он лучший, к нему всегда будут идти.
– Новые сложные операции сегодня врачи могут ли провести в РКБ? 
– Ежегодно в РКБ проводится более тысячи высокотехнологичных операций. Впервые в регионе внедрены новые вмешательства: стентирование желчных протоков; фотодинамическая терапия при опухолях печени, желчных протоков, поджелудочной железы, щитовидной железы, использование фотодинамики в интраоперационном выявлении паращитовидных желез; абляция метастазов и первичных опухолей внутренних органов. Мы были первыми в Дагестане, которые выполнили установку эпидурального нейростимулятора при лечении хронической боли, эндоваскулярную эмболизацию аневризм сосудов головного мозга. Провели эндоскопическое удаление внутримозговой гематомы, эндартерэктомию при стенозах внутренней сонной артерии, пластику внутренней сонной артерии при синдроме Кинкинга.
Травматологи впервые в Дагестане внедрили ревизионное эндопротезирование коленного и тазобедренного суставов, эндопротезирование плечевого сустава эндопротезами реверсивного типа, одновременное восстановление всех связок коленного сустава методом артроскопии. Практически поставлены «на поток» артроскопические операции на плечевом суставе, артроскопические вмешательства при артрозе локтевого сустава, хондропластика коленного сустава с введением фракций «факторов роста». Специалисты по эндоваскулярным вмешательствам выполнили впервые в регионе эндопротезирование аорты. Список впечатляет, не правда ли? Какая клиника может похвастаться такими нововведениями? 
Может возникнуть вопрос: почему все новое внедряется только в хирургической специальности? Таков тренд развития современной медицины. С совершенствованием диагностических служб на более раннем этапе выявляют те или иные отклонения, требующие терапевтических подходов. И круг замыкается. И в этом нет ничего удивительного, и это вовсе не значит, что я хирург и поэтому отдаю предпочтение совершенствованию хирургических служб.
 – Как удается реализовывать национальный проект «Демография» в Вашем учреждении?
– Мы ежедневно над ним работаем. Просто стараемся хорошо выполнять свою работу: внедряем новые технологии, улучшаем качество оказываемой помощи пациентам, что в конечном итоге приведет к увеличению продолжительности жизни.
– Газияв Хадисович, какова статистика заболеваемости онкологией в Дагестане? Многие говорят о том, что сегодня показатели числа онкобольных в республике намного выше, чем раньше. Действительно ли это так? 
– Не так. Конечно, точными цифрами располагает Республиканский онкологический диспансер, который ведет реестр больных с онкопатологией. Однако статистика говорит о том, что онкологических болезней в регионе действительно меньше по сравнению с общероссийской статистикой. При этом сказать, что мы выявляем и лечим лучше всех, было бы лукавством, хотя определенные шаги в этом направлении делаются. Немаловажную роль играет экология, более активный образ жизни, приверженность к ведению натурального хозяйства.
– Сегодня медицина – это современные технологии, оперативная качественная диагностика, широкая линейка обследований, эффективный алгоритм работы медицинского персонала, лекарства. Включено ли в РКБ все это? Оснащена ли она всем необходимым?
– Я побывал почти во всех странах Европы, посетил много медицинских учреждений. И нигде не видел, чтобы клиника была оснащена всем необходимым. Не было ни одного руководителя, который бы сказал, что его клиника имеет все. То же самое касается и РКБ. У нас есть многое, но до полного оснащения нам далеко. Дело в том, что медицина развивается стремительно, и медучреждения, порой, просто не поспевают за новинками. Это ведь не только касается покупки оборудования, более важно обучить персонал работе на этом оборудовании. И немаловажный фактор – недостаточное финансирование. А главное – умение правильно распоряжаться теми деньгами, которые имеются. 
Лекарственное обеспечение в РКБ вполне удовлетворительное. Если и возникают какие-то проблемы с нехваткой тех или иных препаратов, то они быстро решаются. Это рабочие моменты, которые неизбежны в работе такого большого учреждения. Главное, чтобы это не стало системой. Я в принципе считаю делом чести каждого главного врача, чтобы в его клинике были все необходимые препараты.
– Как у нас обстоит дело с квалификацией кадров? Есть ли приток молодых специалистов в РКБ? Всеми ли специалистами укомплектована больница?
– В настоящее время коллектив РКБ – это 2132 сотрудника, из них 469 врачей, а также свыше 900 человек – среднего и младшего медицинского персонала. Это мощная служба. Подавляющее большинство из них имеют первую и высшую категорию. Это высококлассные специалисты, которые знают и любят свою работу. У нас блестящая реанимационная служба, спасающая безнадежных пациентов, которых не всегда берутся лечить в федеральных центрах. Большое внимание уделяется повышению уровня квалификации сотрудников РКБ. Они регулярно отправляются за счет бюджетных средств на различные конференции, обучающие семинары и конгрессы, организованные не только ведущими российскими клиниками, но и европейскими – в Австрии, Германии, Италии, Испании.
В целом хотелось бы отдать должное всем дагестанским специалистам, в условиях хронического недофинансирования и в сложных условиях отлично работающим, в том числе и над собой, совершенствуя свой профессионализм в соответствии с требованиями времени. Не лишним будет отметить, что РКБ является хорошей базой для студентов Дагестанского государственного медицинского университета, с которым налажено тесное взаимодействие при подготовке кадров. 
– А как с зарплатой у Вас? Довольны ли медики? Повышение заработной платы медикам – одна из возможностей искоренить коррупцию… Как Вы считаете?
– Зарплатой никогда никто не был доволен. Это аксиома. Как и то, что денег никогда много не бывает. Если говорить о формальной стороне дела, то индикативные показатели по средней заработной плате в больнице выполняются, мы даже превышаем их. Но решать вопросы коррупции исключительно методом кнута является неправильной позицией. 
Людям надо создать нормальные условия для работы, создать возможность легального зарабатывания денег. Это двустороннее движение, где и администрация, и коллектив должны идти навстречу друг другу, находя компромиссы. Но при этом я презираю своих коллег, вымогающих прямо или косвенно деньги у больных. Я прекрасно понимаю, как это делается и как психологически можно надавить на пациента. 
Никогда не уважал людей в белых халатах, которым, как швейцарам у входа, суют в карман мятую плохо пахнущую бумажку. Менталитет нашего народа таков, что хорошего врача большинство сами найдут, как отблагодарить. К этому я отношусь вполне нормально. Это сложившиеся вековые традиции. Но вместе с этим четко понимаю, что полностью искоренить в ближайшее время коррупцию не получится. К большому сожалению. 
– Удалось ли ликвидировать очередность на приеме к врачам? Как решается эта проблема для сельских жителей? 
– Это возможно, только если будет хорошо налажена работа первичного звена. Значительную помощь, мы надеемся, окажет и перенос поликлиники на территорию РКБ. Если пациенты на местах, я уже об этом говорил, будут обследоваться должным образом, а к нам обращаться не просто лечить головную боль или проходить курсы банальной инфузионной терапии, то у клиники останется значительно больше сил и возможностей для реализации более важных задач.
– Однако, наверное, как и во всех медицинских организациях республики, существует много нерешенных проблем… Расскажите об этом.
– Нерешенные проблемы одни и те же, и не только у нас. Это острая нехватка современного оборудования, изношенность зданий, требующие капитального ремонта отделения. Это нехватка территории, которая бы позволила создать условия для комфортного размещения пациентов, для организации, например, двухместных палат с душевой и санузлом. И вторая проблема – нехватка квалифицированных кадров. Я представляю, какой поток ругани на меня сейчас польется от коллег. Главная проблема Дагестана – острая нехватка квалифицированных кадров. Начиная от управленцев и заканчивая простыми врачами. Если мы и дальше будем бить себя в грудь, что мы самые крутые и все умеем, мы далеко не уйдем. Такие вещи надо признавать, чтобы наметить пути их решения.
– Ваши пожелания нашим читателям.
– Главное пожелание – не болеть. И всегда знать, что нет ни одного врача, который умышленно будет плохо лечить или не оказывать помощь. Быть терпимее и понимать, что врачи, медицинский персонал тоже люди и тоже любят ласковое слово и человеческое отношение. 
 
«назад

Фотолента

фотографий: 3

В РКБ налаживают систему оказания помощи больным с острым коронарным синдромом

Категория фото: Здравоохранение »
Учредители: Министерство по национальной политике, информации и внешним связям РД и журналистский коллектив