Народы Дагестана
Архив номеров » № 4, 2020 от 21 Декабря 2020 г » Без галстука » Гайдар Гайдаров: «Я бы вернулся назад, чтобы снова пройти путь спортсмена»

Гайдар Гайдаров: «Я бы вернулся назад, чтобы снова пройти путь спортсмена»

 «ЕСЛИ БЫ ВРЕМЯ МОЖНО БЫЛО ПОВЕРНУТЬ НАЗАД…»

– Гайдар, сегодня ты известный во всем мире тренер, но этому предшествовало определенное спортивное прошлое. Расскажи о нем.

– Начал я заниматься борьбой еще в детстве, в возрасте 6–7 лет. И тренером у меня был не кто-то, а сам Магомед Гусейнов (экс-главный тренер сборной России по вольной борьбе, ныне директор УОР, г. Хасавюрт, – Прим.авт.). Кстати, тренировал он два раза в день: первая тренировка была в 6:30 утра, а вторая – в 20:30. Это был сложный график, но приходилось терпеть, так как в этот вид спорта я пришел по стопам своего дяди – мастера спорта СССР по вольной борьбе Якуба Нуцалова, и не мог его подвести. 

– Вольной борьбой занимались и твои братья – Алихан и Мурад.

– Да, младший (Мурад) был физически силен, но ему не хватало хитрости, во мне была хитрость, но физически я был слабее, а вот Алихан совмещал в себе все самые лучшие качества борца, но бороться ему почему-то не хотелось. Так получилось, что больших результатов в этом виде спорта добился только Мурад.

– А что случилось с твоей карьерой? Почему не пошло?

– Не могу сказать, что прямо не пошло. В юношеском возрасте у меня неплохо получалось, да и в молодежном, юниорском. Я был чемпионом России, победителем первенства Европы, и вроде все шло по плану, но я заработал межпозвоночную грыжу. Так как медицина на тот момент не могла обеспечить должноголечения, врачи посоветовали мне оставить спорт.

– Травма была настолько серьезной?

– Да. Доходило до того, что я не мог спать без сильнодействующих и болеутоляющих препаратов. Заболевание прогрессировало, и одна нога у меня была визуально меньше другой. Тогда-то мне и стало страшно. Я вышел на нейрохирурга в Москве, это был взрослый мужчина, дагестанец. Он сказал мне: «Сынок, давай твоим здоровьем заниматься, а не спортом».

Возможно, после выздоровления у меня что-то и получилось бы, но я решил сосредоточиться на младшем брате. Не пропускал ни одного его соревнования, был с ним на всех сборах в качестве тренера.

– Не жалеешь об упущенных возможностях?

– Я не то что не жалею, просто иногда тоскую по тому времени. И если бы время можно было повернуть назад, я бы вернулся для того, чтобы снова пройти путь спортсмена. Знаешь, когда я беседую со своими воспитанниками, я им говорю о том, что борцовский век недолог, что нельзя упускать ни одного шанса, поскольку вернуться назад будет нельзя. Я через все это прошел и, думаю, мог бы чего-то добиться как борец. Но, видимо, было не суждено…

СБОРНОЙ ДАГЕСТАНА БЫЛА

НУЖНА «МОЛОДАЯ КРОВЬ»

– Тем не менее, ты добился немалых успехов в качестве тренера. Впервые как наставник ты дебютировал в 2011 году, когда тебя пригласили в сборную Дагестана. Как это случилось?

– В чем отличие в подходе к тренировкам в Дагестане и других странах?

– Наверное, в отсутствии большого опыта у тренеров. Нет, не хочу сказать, что в других странах тренеры менее опытные. Просто там нет хорошего «котла», в котором спортсмены «варятся». Нет той конкуренции, которая есть в Дагестане. У нас в каждом весе есть спортсмен, который может хоть завтра поехать на Олимпиаду. Вот, например, в весе 65 кг – Шираев, Рашидов, Чакаев… Можно называть и называть. А за границей такого нет. Тренерам приходится работать с тем что есть. И это даже не их вина, повези сильного тренера в слабую страну, он там тоже ничего не добьется. Материала нет. А у нас с материалом все хорошо.

– С чем это связано? Генетика или что-то другое?

– Не думаю, что это генетика. В США есть немало крутых спортсменов, например, Снайдер, Барроуз, которые в достаточно молодом возрасте стали олимпийскими чемпионами. Вопрос – в подходе к спорту. У нас – если ты добился результата, то можешь всю оставшуюся жизнь выезжать на этом, у них – нет. Вот, например, я знаю француза – олимпийского чемпиона по греко-римской борьбе, который сейчас в баре соки разливает. На Западе спортсмен становится чемпионом для себя, а у нас чемпион Олимпиады – это уже национальный герой. Вот тебе и разница. Мы спортсменов на руках носим, их именами школы называем.

– То есть дагестанская борьба держится на отношении к ней простых людей?

– Само собой. Наш народ такой. Ты же видишь, как люди в аэропорту чемпионов встречают, за границей такого нет.

– Ну, официально я был неопытным тренером. У меня даже спортивного образования не было. На тот момент оно и не требовалось. Что касается тренерства, то это случилось неожиданно. Как-то у моего дяди дома сидел Магомед Гусейнов, и в разговоре он сказал о том, что ищет себе преемника. Учитывая, что нас с Сажидом Сажидовым всегда связывали братские отношения, я решил внести, скажем так, его кандидатуру (улыбается). Гусейнову эта идея понравилась. Они встретились, поговорили, и Магомед Абдулкеримович передал бразды правления Сажиду. Потом он предложил мне и нашему близкому другу Арсену Гитинову (серебряный призер Олимпийских игр – 2000. – Прим. авт.) должность старших тренеров в команде. Кстати, Гусейнов тогда из сборной ушел, но остался Маирбек Юсупов. Большое ему спасибо за все, мы многому у него научились. Без преувеличения, это один из ведущих в мире специалистов по вольной борьбе.

– Сборной Дагестана действительно нужна была «молодая кровь», ведь в 2011 году наша команда испытывала нелучшие времена.

– Согласен. Это был период, когда у нас в строю был лишь один чемпион Европы – Нариман Исрапилов. Был и Билял Махов, но здоровье не позволяло ему тренироваться в полную силу. Придя в команду, мы с Арсеном попытались влить в нее «новую кровь», подружились с ребятами, искали молодых и талантливых спортсменов. В 2013 году у нас появился чемпион мира Бекхан Гойгереев, потом были СадулаевРашидов, Угуев и другие достойные борцы.

– Да, изменения, как говорится, налицо. Это просто везение или так сказалась смена тренерского состава?

– Думаю, что все сошлось. Дело не только в смене тренерского состава. Как-то так получилось, что поколение пришло к нам молодое, пришли мы, молодые тренеры, говорящие на их языке. Появилось взаимопонимание, и, думаю, это сыграло определенную роль. Мы постоянно беседуем с нашими воспитанниками. Я, допустим, весь мир исколесил, множество тренировок видел, посетил многие страны, где борьбой занимаются. И знаешь, я вообще не понимаю, как наши ребята могут кому-либо проигрывать. У нас лучшая школа, лучшие тренировки, лучшие тренеры, лучшие условия – море, горы, свежий воздух. Все у нас есть.

БОРЬБА В ДАГЕСТАНЕ ДЕРЖИТСЯ НА ОТНОШЕНИИ К НЕЙ ПРОСТЫХ ЛЮДЕЙ

ПРЕТЕНДЕНТАМ НА ОЛИМПИАДУ ПРИДЕТСЯ ДОКАЗЫВАТЬ СВОЕ ЛИДЕРСТВО ЗАНОВО

– Хочу спросить о самом огорчающем известии для борцов в 2020 году – об отмене и последующем переносе Олимпийских игр, на которых должны были выступить дагестанские вольники. Как сборная, спортсмены, тренерский штаб отреагировали на это?

– Это было неожиданно. Не отмена Олимпиады, а сама пандемия. Пострадали в основном те спортсмены, которые, став лидерами в своем весе, уже практически должны были отправиться на Олимпийские игры. Но вместе с тем выпал шанс для молодых ребят, которые заявили о себе в начале этого года, – теперь многие из них могут претендовать на участие в Играх.

– Как будет проходить отбор на предстоящую Олимпиаду? Те, кто были лидерами ранее, должны будут по-новой доказывать свое превосходство?

– Естественно, каждый лидер должен доказать, что он неслучайно попал в состав сборной на Олимпийские игры – 2020. В начале 2021 года пройдет Ярыгинский турнир, потом чемпионат Европы. Вот там им придется снова доказывать свое лидерство. И я считаю, что это будет справедливо. Взять и освободить их сейчас от отбора на Олимпиаду, которая пройдет только в следующем году, будет не очень правильно.

– По-твоему, пандемия коронавируса внесет свои коррективы в мировой расклад сил в вольной борьбе?

– Не думаю. Коснется это опять же тех стран, в которых борцы выступали на пределе своего возраста. Не более. А для более «молодых стран» это не проблема, расстановка сил не изменится.

– Как ты сам провел карантинный период?

– Карантин я застал вместе со сборной Дагестана в Кисловодске, где проходили первые сборы. Они уже подходили к концу. Нам сказали, что надо уже уезжать домой. Мы планировали провести вторые сборы здесь, в Дагестане, но не сложилось. В основном весь период карантина был дома.

«ЧАМИЗО СЕГОДНЯ БОРЕТСЯ ТАК, КАК БОРОЛСЯ ДО МЕНЯ»

– В мире ты известен не только как тренер сборной Дагестана, но и как бывший тренер-консультант итальянской сборной, а также как личный тренер двукратного чемпиона мира Франка Чамизо. С 2018 года ты перестал работать в Италии. С чем это связано?

– Да, я хоть и был тренером-консультантом итальянской команды, но как таковой работы конкретно в Италии не было. Я вел двоих «итальянцев» – Франка Чамизо иШамиля Кудиямагомедова. Присматривал за ними, но в основном мы старались больше находиться здесь, потому что у нас лучшая школа борьбы. Но в 2018 году у меня с руководством итальянской федерации пошли некие нестыковки. Мне сообщили, что федерация испытывает кризис, что с финансами проблемы. Я воспринял это как сигнал к тому, что надо уходить.

Итальянцы, конечно, сильно удивились. Удивились тому, что я могу оставить такого борца, как Франк, на что я им ответил: «Да, он выдающийся борец, но при мне он боролся по-другому».

– По-другому?

– Я дал Франку то, что ему было нужно, заставил поверить, насколько он крут, хорош. Я не говорю, что что-то кардинально поменял в его борьбе, но изменения были заметны не только мне, но и другим специалистам. Он был немного разобранный, боролся в весе 65 кг, много гонял, был не похож на себя. В первую очередь я перевел его в другой вес (70 кг). Перейдя в другой вес, он раскрылся, начал бороться раскованно. Я ему внушал, что он один из лучших, бриллиант, с которого надо сдувать пылинки (смеется, – прим. авт.). Вот он и начал бороться так, что о нем узнал весь мир.

– Как он борется сейчас?

– Борется так, как боролся до меня. Не могу сказать, что хуже. Раньше я мог получать удовольствие от его борьбы. Сейчас такого нет: он вернулся к своему стилю борьбы. К тому, чему его научила жизнь. И если говорить честно, мне не то чтобы больно на это смотреть, мне хотелось бы видеть его другим.

– Поддерживаешь ли связь с Франком?

– Естественно, для меня Франк – человек, достойный уважения. Мы с ним созванивались, когда я был на сборах в Цумадинском районе. Он сказал, что хочет приехать в Дагестан, что соскучился по атмосфере, в которой он здесь находился. Но сейчас обстановка в мире такая, что не очень-то просто приехать сюда. Кстати, недавно разговаривал и с менеджером сборной Италии, он предлагал мне вернуться после Олимпийских игр.

– Что ответил?

– Что хочу поработать в Дагестане.

– То есть ни при каких условиях не вернешься в Италию?

– Знаешь, я подумаю. Это был хороший опыт для меня. Может, я и поработал бы в другой стране, но здесь меня сейчас все устраивает, у нас много хороших борцов, одно удовольствие с ними работать.

 

«назад

Фотолента

фотографий: 3

Известный тренер болеет душой за своих подопечных

Категория фото: Без галстука »

Гайдар Гайдаров и Франк Чамизо

Категория фото: Без галстука »

Слева направо: Сажид Сажидов, Гайдар Гайдаров, Маирбек Юсупов и Абдулрашид Садулаев

Категория фото: Без галстука »
Учредители: Министерство по национальной политике, информации и внешним связям РД и журналистский коллектив